Дар напрасный, дар случайный

«Дар напрасный, дар случайный…», анализ стихотворения Пушкина

Дар напрасный, дар случайный

Под стихотворением «Дар напрасный, дар случайный…» стоит дата 26 мая 1828 года. Это день, когда Пушкину исполнилось 29 лет. 1828 год – тяжёлый период в жизни Пушкина.

В июне этого же года начинает работу комиссия, которая должна была вынести вердикт о «Гавриилиаде» (1821). Сам Пушкин давно отказался от своих юношеских взглядов и искал гармонии в отношениях с Богом. Возможно, именно стихотворение «Дар…

» и последующий ответ на него митрополита Филарета стали переломными в мировоззрении Пушкина.

Литературное направление, жанр

Лирический герой стихотворения романтик. Он презирает напрасную и случайную жизнь, ничуть ею не дорожит. Он наполнен страстями и сомнениями, его существование бесцельно. Можно только предполагать, к чему приведёт романтического героя тоска и поиск ярких впечатлений.

И всё-таки это не стихотворение поэта-романтика, упивающегося тоской, томлением, страстями. Это философское рассуждение о смысле жизни, наиболее близкое по жанру к элегии. Реализм прочитывается в вопросах стихотворения.

Если они риторические – это плач романтика. А если они не риторические – то это вопросы опомнившегося человека, который перешёл уже рубеж молодости и вступает в пору зрелости.

Это вопросы кризисного возраста, позволяющие, найдя на них ответы, продолжить жизненный путь.

Тема, основная мысль и композиция

Стихотворение состоит из трёх строф. Первая и вторая – это вопросы о смысле жизни: зачем она дана, зачем она будет оборвана (на казнь осуждена), кто дал её лирическому герою и почему она так несовершенна (со страстями и сомненьями).

Третья строфа – своеобразный горький вывод: жизнь лирического героя бесцельна. После двоеточия разъясняется, что это значит: пустое (без любви) сердце и праздный (бездеятельный) ум.

Такое состояние лирического героя делает жизнь однообразной и унылой, тоскливой.

Тема стихотворения – рассуждения человека о смысле жизни.

Основная мысль: человек должен найти цель и смысл жизни, иначе она будет несчастной, полной уныния и разочарований.

Размер и рифмовка

Стихотворение написано четырёхстопным хореем. Первое ударение в каждой строчке падает на ключевое слово, почти всегда односложное: дар, жизнь, кто, ум, душу, цели, сердце. Рифмовка перекрёстная, женская рифма чередуется с мужской.

Тропы и образы

Жизнь в произведении метафорически называется даром, подарком. Но эпитеты обесценивают этот подарок в глазах лирического героя: дар напрасный, случайный.

Этот образ бесполезной жизни и дальше углубляется с помощью эпитетов: отнимает жизнь тайная судьба, а даёт жизнь враждебная власть. Таинственность и враждебность – это характеристики некой высшей силы, в руках которой судьба и власть.

Слово Бог не произносится лирическим героем. Да он и не уверен, что это Бог, ведь враждебная сила душу наполнила страстью, а ум взволновала сомненьем. В третьей строфе описаны последствия пороков лирического героя.

Душевные страсти привели к сердечной пустоте, а сомнения ума к праздности. Герой погружается в бездну уныния, которое вызывается пустой жизнью, метафорически названной «однозвучным жизни шумом».

Ответ митрополита Филарета

Стихотворение положило начало поэтической переписке Пушкина с митрополитом Филаретом, которому была небезразлична судьба русского гения.

В стихотворении Филарета нет ни одного вопроса. Оно написано верующим человеком, не сомневающимся в своей цели и предназначении. Воспользовавшись каркасом стихотворения Пушкина, митрополит дал ответы на все вопросы.

Жизнь – не напрасный и не случайный дар, данный нам Богом, по Его тайной воле, и им же отнимаемый. Всё плохое в жизни человека исходит от него самого:

Сам я своенравной властьюЗло из тёмных бездн воззвал,Душу сам наполнил страстью,

Ум сомненьем взволновал.

Митрополит минимально меняет две последние пушкинские строки, изменив мне на сам. Последняя строфа – это не вывод, как у Пушкина, это выход, молитва: «Вспомнись мне, Забытый мною».

Это просьба сотворить в молящемся «сердце чисто, правый ум».

Филарет просто меняет эпитеты Пушкина, почти дословно цитируя православную молитву: «Сердце чистое сотвори во мне, Господь, и Дух правый обнови во утробе моей».

Пушкин ответил митрополиту новым стихотворением «В часы забав иль праздной скуки», из которого понятно, что он принял духовное наставничество митрополита. Уныние и тоска в его поэзии сменились светлыми мотивами.

  • «Капитанская дочка», краткое содержание по главам повести Пушкина
  • «Погасло дневное светило», анализ стихотворения Пушкина
  • «Я помню чудное мгновенье…», анализ стихотворения Пушкина
  • «Евгений Онегин», краткое содержание по главам романа Пушкина
  • «Медный всадник», анализ поэмы Пушкина
  • «Няне», анализ стихотворения Александра Пушкина
  • «19 октября», анализ стихотворения Александра Пушкина
  • «Пророк», анализ стихотворения Александра Сергеевича Пушкина
  • «Зимнее утро», анализ стихотворения Александра Сергеевича Пушкина
  • «Безумных лет угасшее веселье…», анализ стихотворения Пушкина
  • «Анчар», анализ стихотворения Александра Сергеевича Пушкина
  • «Свободы сеятель пустынный», анализ стихотворения Пушкина
  • «Мадонна», анализ стихотворения Пушкина
  • «Моцарт и Сальери», анализ трагедии Пушкина
  • «К морю», анализ стихотворения Александра Сергеевича Пушкина

По произведению: «Дар напрасный дар случайный»

По писателю: Пушкин Александр Сергеевич

Источник: https://goldlit.ru/pushkin/863-dar-naprasnyi-analiz

Дар напрасный, дар случайный

Дар напрасный, дар случайный

«Дар напрасный, дар случайный» — стихотворение Александра Пушкина, датированное его двадцать девятым днём рождения, 26 мая 1828 года[⇨]. Посвящённое проблеме поиска смысла жизни и исполненное пессимизма [⇨], переходящего в отрицание Бога [⇨], оно положило начало стихотворному диспуту с митрополитом Филаретом [⇨].

Предыстория

Пушкин написал это стихотворение на фоне жизненного кризиса, сложных отношений как с властью, так и обществом.

С одной стороны, он находился под полицейским надзором, Третье отделение вменяло ему святотатство в связи с его ранней антиклерикальной поэмой «Гавриилиада» и связь с заговорщиками-декабристами, которая была прочитана между строк элегии «Андрей Шенье», с другой — общество отвернулось от него из-за «Стансов» («В надежде славы и добра») и последовавшим вслед за ними стихотворением «Друзьям» («Нет, я не льстец»)[1], увидело в них лишь попытку угодить трону, но не то, что поэт попытался ставить в пример молодому императору Николаю его предка Петра, который был «То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник»[2]. Не сделала жизнь Пушкина приятней и ссора с Анной Олениной, ответившей отказом на его сватовство[3][4].

В 1827 году Пушкин написал «Три ключа» («В степи мирской, печальной и безбрежной») где, пока ещё в аллегорической форме, заговорил о притягательности смерти, «ключа забвения»[2][5].

Наконец, 19 мая 1828 года появилось его «Воспоминание», связанное с «Даром» не только темой и настроением, но и звучанием, используемой лексикой.

Кульминацией подобного настроения поэта и стал «Дар напрасный, дар случайный»[6].

Написание и издание

Впервые «Дар…» опубликован в альманахе «Северные цветы» на 1830 год[7]. Автографа стихотворения не сохранилось, в 1899 году в качестве такового экспонировалась и воспроизводилась копия, сделанная, вероятно, Елизаветой Хитрово.

Первое упоминание в сохранившихся собственноручных записях Пушкина находится в списке предназначенных к печати стихотворений, составленном в конце мая — начале июня 1828 года, где оно фигурирует под своим первым названием «На день рождения»[8].

Стихотворение действительно датировано днём рождения поэта — 26 мая 1828 года, Пушкину исполнилось в этот день двадцать девять лет. Эту дату подтверждает собственноручная пометка Пушкина на рукописной копии и эпиграф в напечатанном тексте[9]. Такая точность датировки для Пушкина достаточно необычна[10].

Особенности стилистики

На день рождения

Дар напрасный, дар случайный,Жизнь, зачем ты мне дана?Иль зачем судьбою тайнойТы на казнь осуждена? Кто меня враждебной властьюИз ничтожества воззвал,Душу мне наполнил страстью,Ум сомненьем взволновал?.. Цели нет передо мною:Сердце пусто, празден ум,И томит меня тоскою

Однозвучный жизни шум.

А. С. Пушкин

Хотя стихотворение входит в число глубоких философских произведений Пушкина, обращённых на понимание самой сути бытия[11], и тематически близко поэзии любомудров, его отличают кажущаяся стилистическая простота и обыденность, отсутствие метафизических построений. Мы видим свободно льющуюся мысль поэта, не скованную какими-либо догмами и показанную прямо в процессе её рождения[12].

Это одно из стихотворений Пушкина, написанное не ямбом, а четырёхстопным хореем — «народным», «песенным» размером.

При том, что в своём раннем творчестве Александр Сергеевич обращался к такому размеру, чтобы воспеть любовь, вино, дружбу и прочие радости бытия, он после 1822 года зачастую пишет хореем тревожные, грустно-медитативные стихи.

Если в стихотворении 1825 года «Если жизнь тебя обманет» ещё присутствует оптимистичный финал, то в стихотворении «Дар напрасный…» это далеко не так[13].

Юрий Лотман отметил важность повторения слова «дар» в первой строке, хотя, с точки зрения стихотворного размера, вполне можно было бы написать «дар напрасный и случайный».

Совпадение влечёт за собой выделение, структурную активацию, несовпадающей части: в данном случае — слов «напрасный» и «случайный», которые образуют контрастную пару и становятся смысловым центром произведения[14].

Валентин Непомнящий обратил внимание на звукопись стихотворения: «дАр — нАпрАсный — дАр — случАйный — дАнА — тАйной — осужденА — менЯ — влАстью — воззвАл — стрАстью — взволновАл — мнОЮ — пУстО — Ум — тоскОЮ — ОднОзвУчный — шУм…», охарактеризовав её как «стон и плач»[15].

Философия стихотворения

В этом, самом мрачном и безнадёжном у Пушкина стихотворении[16][17][18] художественный образ жизни как дара свыше соседствует с образами бесцельности, однообразия и тоски[19].

Характерно, что прилагательное «однозвучный», которым автор характеризует «шум» да и само течение жизни, встречается в его стихах лишь трижды: один раз до 1828 года, в стихотворении 1825 года «Зимний вечер» («Буря мглою небо кроет»), и один раз после — в 1830 году в «Стихах, сочинённых ночью во время бессонницы» («Я понять тебя хочу, Смысла я в тебе ищу»). Все они близки друг к другу по настроению[20][16].

Написанные в том же 1828 году неделей раньше[18] «Воспоминание»[21] («Когда для смертного умолкнет шумный день») и, несколько позднее, «Предчувствие» («Снова тучи надо мною») образуют вместе с «Даром напрасным…» своего рода трилогию или «психологический цикл»[К 1][22]. В качестве продолжения подобной философско-пессимистической тематики у Пушкина можно назвать стихотворение 1830 года «Бесы» («Сколько их! куда их гонят?»). Однако ни в одном из вышеназванных стихотворений нет такой глубины безысходности[16].

Если в «Трёх ключах» Пушкин написал, что слаще умереть, чем жить, то тут — что лучше бы ему вообще не родиться, в «Воспоминании» он отрицает своё прошлое, а тут — также настоящее и будущее[23]. Автор ищет какой-либо смысл жизни, но его потребность в познании истины остаётся тщетной.

И поскольку цель бытия не ясна или отсутствует, любое приложение сил, ума или страсти кажутся бесплодными. Человек оказывается противопоставленным враждебному и непознаваемому миру и действующим в нём непонятным силам[24].

Лев Лосев сравнил отношение Пушкина к жизни как к случайному и напрасному страшному дару с этикой экзистенциализма[25].

«Дар напрасный» нередко рассматривают в оппозиции с написанным двумя годами ранее «Пророком». Если первое по времени написания стихотворение говорит, причём высоким языком религии, о предназначении поэта, даре, ниспосланном ему свыше, второе же, напротив, утверждает тщету человеческого бытия[26].

Впрочем, если рассматривать «Пророка» пусть как и свидетельство некоторого духовного преображения, но не в буквально религиозном смысле, то противоречие не настолько велико[27]. Т. В.

 Седакова обращает внимание на то, что концовка «Дара…» по сути — возвращение к состоянию той «духовной жажды… в пустыне», с которой начинается «Пророк»[28].

С точки зрения религии

Пушкинот мечтанияперешедший

к размышлению

Не напрасно, не случайноЖизнь судьбою мне дана,Не без правды ею тайноНа печаль осуждена. Сам я своенравной властьюЗло из темных бездн воззвал,Сам наполнил душу страстью,Ум сомненьем взволновал. Вспомнись мне забвенный мною!Просияй сквозь сумрак дум —И созиждется Тобою

Сердце чисто, светлый ум.

Митрополит Филарет (Дроздов)

В часы забав иль
праздной скуки (окончание)

…Я лил потоки слез нежданных,И ранам совести моейТвоих речей благоуханныхОтраден чистый был елей. И ныне с высоты духовнойМне руку простираешь ты,И силой кроткой и любовнойСмиряешь буйные мечты. Твоим огнём душа палимаОтвергла мрак земных сует,И внемлет арфе серафима

В священном ужасе поэт.

А. С. Пушкин

В «Даре напрасном…» агностицизм Пушкина (который он неоднократно выражал в своём творчестве и личной переписке) тот самый наполненный сомнением ум, о котором он пишет и в этом стихотворении, достиг уровня прямого богоборчества, отчаянного вызова небу[21], особенно проявляющегося в строчках[29]:

Кто меня враждебной властью
Из ничтожества[К 2] воззвал.

Михаил Мурьянов, пытаясь истолковать эти строки с ортодоксальных позиций[31], предположил, что вызов Пушкина обращён не к Богу, но к дьяволу[32].

Ещё в 60-х годах XX века советский критик Дмитрий Благой обратил внимание на параллель между вызовом, который бросает высшим силам Пушкин, с сюжетом ветхозаветной Книги Иова, находя прямые отсылки к ней в тексте стихотворения. Дмитрий Благой акцентирует внимание на том, что ещё с 1823—1824 годов Библия всерьёз заинтересовала Пушкина, и её чтение становится одним из источников творчества поэта[К 3][33].

Пушкин, написав «Дар…» в свой день рождения, 26 мая, как и Иов, «проклял день свой»[К 4], ни тот, ни другой не видит в жизни смысла («на что дан свет человеку, которого путь закрыт и которого Бог окружил мраком?»).

Даже чувство враждебности Творца отчётливо звучит уже в мольбе Иова («Сколько у меня пороков и грехов? Покажи мне беззаконие мое и грех мой. Для чего скрываешь лице Твое и считаешь меня врагом Тебе?»)[30].

На существование последней из параллелей было указано Ириной Сурат[34].

Однако Пушкин, в отличие от библейского персонажа, не чувствовал себя праведником, в своём стихотворении он не проявляет никакого смирения, нет там ни покаяния, ни, собственно, веры[30].

Если в финале Книги Иова Бог отвечает на отчаянные призывы праведника, Пушкин видит перед собой «однозвучную» тоску жизненного пути, лишённого цели[35].

В последней строфе стихотворения поэт обращён уже не к небу, но замкнут в плоскости сугубо человеческих, мирских переживаний[36].

См. также

  • Пророк
  • Воспоминание
  • Предчувствие

Примечания для “Дар напрасный, дар случайный”

  1. ↑ Впервые эти три стихотворения в таковом качестве рассмотрел Павел Анненков в 1885 году в книге Материалы для биографии А. С. Пушкина.. — СПб., 1899. — С. 200—201.
  2. ↑ Здесь, как и часто у Пушкина, синоним небытия[30].

  3. ↑ Ранняя «Гавриилиада» пародирует не столько саму Библию, сколько её отражение в современной ему культуре.

  4. И начал Иов и сказал: погибни день, в который я родился, и ночь, в которую сказано: зачался человек! (Иов 3:1)
  5. ↑ Он был канонизирован в 1994 году.

Источники

  1. ↑ Благой, 1967, с. 164—170.
  2. 1 2 Непомнящий, 1989, с. 255.
  3. ↑ Альтшуллер, 2003, с. 236.
  4. ↑ Муравьёва, 2009, с. 410.
  5. ↑ Таборисская, 1995, с. 77—78.

  6. ↑ Благой, 1967, с. 171—172.
  7. ↑ Северные Цветы на 1830 год. — СПб., 1829. — С. 98 отдела «Поэзия».
  8. Бонди С. М., Зенгер Т. Г., Измайлов Н. В., Слонимский А. Л., Цявловский М. А.

Источник: http://www.cruer.com/max7612/%D0%94%D0%B0%D1%80_%D0%BD%D0%B0%D0%BF%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%BD%D1%8B%D0%B9

Дар напрасный, дар случайный. Библиотека — Храм «Большое Вознесение» у Никитских ворот

Дар напрасный, дар случайный

Посвящённое проблеме поиска смысла жизни и исполненное пессимизма, переходящего в отрицание Бога, оно положило начало стихотворному диспуту с митрополитом Филаретом.

Пушкин написал это стихотворение на фоне жизненного кризиса, сложных отношений как с властью, так и обществом.

С одной стороны, он находился под полицейским надзором, Третье отделение вменяло ему святотатство в связи с его ранней антиклерикальной поэмой «Гавриилиада» и связь с заговорщиками-декабристами, которая была прочитана между строк элегии «Андрей Шенье», с другой — общество отвернулось от него из-за «Стансов» («В надежде славы и добра») и последовавшим вслед за ними стихотворением «Друзьям» («Нет, я не льстец»), увидело в них лишь попытку угодить трону, но не то, что поэт попытался ставить в пример молодому императору Николаю его предка Петра, который был «То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник». Не сделала жизнь Пушкина приятней и ссора с Анной Олениной, ответившей отказом на его сватовство.

В 1827 году Пушкин написал «Три ключа» («В степи мирской, печальной и безбрежной») где, пока ещё в аллегорической форме, заговорил о притягательности смерти, «ключа забвения».

Наконец, 19 мая 1828 года появилось его «Воспоминание», связанное с «Даром» не только темой и настроением, но и звучанием, используемой лексикой.

Кульминацией подобного настроения поэта и стал «Дар напрасный, дар случайный».

Впервые «Дар…» опубликован в альманахе «Северные цветы» на 1830 год. Автографа стихотворения не сохранилось, в 1899 году в качестве такового экспонировалась и воспроизводилась копия, сделанная, вероятно, Елизаветой Хитрово.

Первое упоминание в сохранившихся собственноручных записях Пушкина находится в списке предназначенных к печати стихотворений, составленном в конце мая — начале июня 1828 года, где оно фигурирует под своим первым названием «На день рождения».

Стихотворение действительно датировано днём рождения поэта — 26 мая 1828 года, Пушкину исполнилось в этот день двадцать девять лет. Эту дату подтверждает собственноручная пометка Пушкина на рукописной копии и эпиграф в напечатанном тексте. Такая точность датировки для Пушкина достаточно необычна.

Хотя стихотворение входит в число глубоких философских произведений Пушкина, обращённых на понимание самой сути бытия, и тематически близко поэзии любомудров, его отличают кажущаяся стилистическая простота и обыденность, отсутствие метафизических построений. Мы видим свободно льющуюся мысль поэта, не скованную какими-либо догмами и показанную прямо в процессе её рождения.

Это одно из стихотворений Пушкина, написанное не ямбом, а четырёхстопным хореем — «народным», «песенным» размером.

При том, что в своём раннем творчестве Александр Сергеевич обращался к такому размеру, чтобы воспеть любовь, вино, дружбу и прочие радости бытия, он после 1822 года зачастую пишет хореем тревожные, грустно-медитативные стихи.

Если в стихотворении 1825 года «Если жизнь тебя обманет» ещё присутствует оптимистичный финал, то в стихотворении «Дар напрасный…» это далеко не так.

Юрий Лотман отметил важность повторения слова «дар» в первой строке, хотя, с точки зрения стихотворного размера, вполне можно было бы написать «дар напрасный и случайный».

Совпадение влечёт за собой выделение, структурную активацию, несовпадающей части: в данном случае — слов «напрасный» и «случайный», которые образуют контрастную пару и становятся смысловым центром произведения.

Валентин Непомнящий обратил внимание на звукопись стихотворения: «дАр — нАпрАсный — дАр — случАйный — дАнА — тАйной — осужденА — менЯ — влАстью — воззвАл — стрАстью — взволновАл — мнОЮ — пУстО — Ум — тоскОЮ — ОднОзвУчный — шУм…», охарактеризовав её как «стон и плач».

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть